Компьютер-Информ || Архив || Рубрики || Поиск || Подписка || Работа || О "КИ" || Карта


ИТ в правовом поле


Применение ИТ в защите своих интересов при столкновении
с правоохранительными и судебными органами.
Часть 3

О. Андронова, editor@ci.ru


Это третья часть сериала на тему о том, как применять профессиональные знания в реальных условиях при общении с отечественными правоохранительными органами и судебной системой.
Итак, для тех, кто не знаком с первыми двумя частями, подробное изложение дела
см. по ссылкам http://www.ci.ru/inform23_06/it2.htm и http://www.ci.ru/inform11_08/p_12.htm.

История вопроса

Вкратце: началось все с того злосчастного момента, когда я нашла свою угнанную машину благодаря спутниковой/сотовой системе охранной сигнализации. Описание см. в статье "GSM/GPS как средство от угонов" в "КИ" № 5/2006 (http://www.ci.ru/inform05_06/p_18.htm).

Затем были продолжительные попытки подать заявление дежурному сотруднику 20 отдела милиции Выборгского РУВД, завершившиеся успехом и его угрозой оформить мою автомашину как угнанную. Чтобы "пожалела о том, что заяву всунула".

Угонщиков не нашли - и не искали, как выяснилось в суде. Ведь уголовное дело завели через 5 месяцев и то по указанию прокуратуры Выборгского района в связи с рассмотрением иска в суде. А вот на исполнение угрозы нашлись и время, и силы. Собственно, машину "в угон" (при наличии милицейских же документов о том, что машина мне возвращена) занес в базу данных сотрудник ИЦ ГУВД на следующий день. По его словам в зале суда, - потому что дежурный из 20 ОМ Выборгского РУВД описал меня "в красках". Уж какими такими красками и словами владеет обычный милиционер, чтобы заставить другого нарушить закон, судья Л. О. Масленникова и мне, и адвокату И. А. Михеевскому выяснять в зале запретила. Но оценили судьи городского суда их умение совокупно в 20 тыс. руб.

После сделанной милиционерами пакости моего сына, ездившего на машине по доверенности в университет и на приработки, дважды останавливали сотрудники ГИБДД, препровождали в отделы милиции, где он отсиживал часами. При первом задержании в 78 отделе милиции Центрального района нас - меня как владелицу машины, мужа и дочь, поехавших со мной ночью по милицейскому вызову - встретили капитан А. И. Тарасов и лейтенант А. В. Кирильченко. Встретили хамством, матерной бранью и угрозами. Пообщаться с сыном (который даже задержанным вроде бы не являлся, как нас убеждали в суде сотрудники милиции, а так, ночью зашел поговорить) нам не дали. Даже "скорую помощь" ко мне (после обещания А. И. Тарасова продержать сына трое суток по обвинению в терроризме) вызывала дочь посредством дежурного ГУВД по городу.

Второе задержание, через две недели в 6 вечера, было менее драматичным (может, еще и потому, что в отдел милиции сыну на помощь подъехали наши знакомые, понаторевшие в юридических вопросах). Однако тоже - не на минутку зашел, а два часа не пойми о чем толковали.

"Не пойми о чем" я утверждаю потому, что продержать человека несколько часов милиционеры смогли, а вот составить необходимые бумаги для снятия автомобиля с учета как угнанного - не удосужились. То есть, никакой бумажки из тех, что в отделах милиции писали сын и дочка (вместо меня, поскольку я после общения с родной милицией уже была под капельницей в больнице) не нашлось. Нигде. За что городской суд назначил выплатить мне еще 20 тыс. рублей.

Всего же городской суд оценил мои мытарства с милицией в 92 тыс. руб. Решив при этом, что тяжкий вред здоровью (мнение врачей, проводивших экспертизу), в 78 отделе милиции Центрального РУВД Санкт-Петербурга ночью я себе нанесла сама. Что ж, иск по этому эпизоду и прочим судебным недостаткам я передала в Европейский суд по правам человека и теперь жду его решения.


Иск второй

Оставшиеся не проясненными вопросы по незаконным задержаниям сына были сформулированы в виде иска все в тот же Смольнинский суд Санкт-Петербурга. Кто-то же должен был ответить за эти ночные и вечерние посиделки?

И началось. Судей по гражданским делам там не два человека (то есть, приснопамятные Р. П. Матусяк и Л. О. Масленникова), однако больше месяца в суде решали, кто будет его рассматривать. Затем мы три раза ходили на предварительные рассмотрения. Как выяснилось, двое из сотрудников 78 отдела милиции - А. В. Кирильченко и свидетель (единственный со стороны милиции) С. Н. Хохлов - из рядов уже успели уволиться. Ну, уволился - не умер, однако в суд они так и не явились, да и остальные милиционеры не горели желанием посещать заседания. Опять же судья отклонила ходатайства по вызову сотрудников милиции, присутствовавших той ночью 14 апреля 2006 г. в 78 отделе милиции, их тогдашнего начальника и офицера, прибывшего на "разбор полетов" после нашего звонка ночью дежурному по городу. Сразу скажу: на все заявленные ходатайства нам удалось получить только документ из 28 отдела милиции Центрального района, подтверждавший повторное задержание сына.

Пришел капитан А. И. Тарасов, остававшийся на тот момент в рядах милиции. На вопрос судьи Л. Л. Виноградовой: "Нецензурная брань - это обыденность для вас? Вы позволяете себе выражаться нецензурной бранью?", - капитан Тарасов ответил конкретно: "Я выражаюсь в лесу". Судья заинтересовалась: "Это оказывает терапевтический эффект?". И посоветовала Тарасову: "Тогда используйте это дозированно".

Пришла дежурная по разбору с задержанными и доставленными из 20 отдела милиции Выборгского района. И на вопрос адвоката: "Почему вы 22 февраля 2006 г. принимали заявление от Андроновой вместо другого сотрудника, это ведь не ваша обязанность?" простосердечно сообщила, что ей приказал это сделать ее непосредственный начальник потому, что Андронова долго просила.

В общем, заседания эти проходили весьма сумбурно. Самое тоскливое воспоминание оставила по себе представительница ГУВД - начальник отделения судебной защиты отдела нормативно-правового обеспечения Ирина Валерьевна Чугина. Она участвовала и в районном суде по моему иску, и в городской кассации, так что с делом точно знакома во всех подробностях. Однако позволяла себе "удаляться от истины", то есть, по-простому говоря, врать. А именно:

1. Сторона истца просила истребовать компьютерный диск с аудиовидеозаписью событий из 78 отдела милиции, на что г-жа Чугина уверяла: "По поводу данного ходатайства было постановление городского суда о невозможности истребовать носитель". Не было такого. Да и быть не могло - атомная бомба на 78 отдел милиции не падала, пожара всеобъемлющего тоже не было - так что и диск, и компьютер живехоньки. Городской суд указал: "Судебная коллегия также находит, что при рассмотрении дела суд, в нарушение положений гражданско-процессуального законодательства, не оказал содействие истице по сбору доказательств в подтверждение ее исковых требований, необоснованно отказал в ... истребовании видеозаписи, которая велась в указанное время в дежурной части, в подтверждение доказательств о нецензурных выражениях в ее присутствии со стороны дежурного отделения милиции Тарасова".

2. Г-жа Чугина уверяла, что "врач "скорой помощи" внес исправление в медицинскую карту Андроновой, на что судьей Масленниковой было вынесено частное определение". Не вносил он никаких исправлений, да и не мог - карта передается в центральный архив на Садовой, откуда ее без запроса из суда не вытащить. Он свое мнение отдельно зафиксировал - подробно см. всю историю во второй части статьи.

И все в том же духе, включая заявление в кассации о том, что оказывается, сын мой ругал милиционеров 78 отдела милиции. И нападал на них. Эх, не поленилась бы г-жа Чугина посмотреть показания господ милиционеров в суде 14 мая 2007 г., в которых они в унисон уверяли, что сын мой с ними сидел тихо, спокойно, ну разве что радость не выражал, что ночью там оказался.

Уж не знаю, чем бы дело закончилось, но на очередное заседание сын принес справку, выданную ему по месту работы в ЗАО "Эврика", в которой сообщалось:

"На ваш запрос о возможности восстановления аудио- и видеозаписей с накопителя на жестких магнитных дисках, установленного в компьютер, сообщаем, что в соответствии с требованиями ведомственных руководящих и нормативно-методических документов ФСБ России, а также межведомственной "Инструкции по обеспечению режима секретности в РФ № 3-1", утвержденной постановлением Правительства РФ от 05.01.2004 г. уничтожение документальных материалов производится путем сожжения, расплавления, дробления, растворения, химического разложения или превращения в мягкую бесформенную массу или порошок.

Затирание путем перезаписи конфиденциальной информации на магнитных носителях (ЖМД, НГМД и т. п.) не приводит к ее гарантированному (полному) уничтожению и создает предпосылки к ее полному или частичному восстановлению.

В соответствии с вышесказанным возможно проведение процедуры восстановления записей с накопителя на жестких магнитных дисках, находящегося в качестве составной части в компьютере или другом устройстве, если соблюдены следующие условия:

Проведение процедуры восстановления записей с полным или частичным их восстановлением возможно также в случае наложения новых записей при повторной записи новой информации в те же сектора.

В случае необходимости возможна попытка восстановления записей в нашей лаборатории или путем привлечения сторонних организаций, специализирующихся на проведении данных работ...".

И, на всякий случай, для элиминации вопросов о сохранности компьютера и его неотъемлемой составной части - НМЖД - адвокат И. А. Михеевский зачитал следующую справку:

"В соответствии со ст. 256 НК РФ амортизации подлежит имущество стоимостью свыше 20000 рублей и сроком полезного использования свыше 12 месяцев.

В соответствии с постановлением Правительства РФ от 1 января 2002 г. № 1 "О классификации основных средств, включаемых в амортизационные группы" (с изменениями от 9 июля, 8 августа 2003 г., 18 ноября 2006 г.), техника электронно-вычислительная, в том числе персональные компьютеры и печатающие устройства к ним, серверы различной производительности, сетевое оборудование локальных вычислительных сетей, системы хранения данных, модемы для локальных сетей, модемы для магистральных сетей включаются во вторую амортизационную группу с максимальным сроком полезного использования 3 года.

В соответствии с письмом Минфина РФ от 13 апреля 2005 г. N 02-14-10а/721 "О начислении амортизации на объекты основных средств и нематериальных активов" для бюджетных организаций расчет суммы амортизации основных средств и нематериальных активов, входящих в первые девять амортизационных групп, осуществляется в соответствии с максимальными сроками полезного использования имущества, установленными для этих групп".

Напомню - с безобразиями в 78 отделе милиции в наш адрес мы столкнулись 14 апреля 2006 года. И, кстати, "имущество бюджетных организаций амортизации не подлежит". Все.

Судья по предъявлении данного ходатайства объявила перерыв на 15 минут, выставила всех из зала и ушла во вторую комнату звонить.

После чего дело пошло живее, были опрошены все явившиеся свидетели. Мария Алексеевна Николаева (наша дочь - юрист по образованию и по работе) донесла до судьи простую мысль: оснований держать Алешу 3 часа в милиции вообще не было. По следующим причинам.

На территории России, согласно российскому законодательству, существуют всего два вида задержаний: в рамках административного процесса (до 3 часов) и в рамках уголовного процесса (до 48 часов).

Основанием для задержания в рамках административного процесса является совершение лицом административного правонарушения или необходимость выяснения личности лица при отсутствии у него документов.

Для задержания в рамках уголовного процесса необходимо наличие следов преступления и оснований полагать, что данное лицо скроется от следствия.

Во-первых, в нашем случае административного правонарушения сын не совершал, а уголовное дело по угону заведено не было. Напомню, милиция уголовное дело по моему заявлению удосужилась завести только через 5 месяцев и то по прямому указанию прокуратуры Выборгского района. Так что, на момент задержания моего сына у милиции вообще никаких оснований для таких действий не было. Я - владелица якобы угнанной машины - была на месте и пыталась вручить милиционерам набор из 6 документов, однозначно определяющих личность.

Во-вторых, лицо (сын) предъявило документы: паспорт, в котором была указана прописка и который быстро проверяется по базе данных ГУВД/МВД; студенческий билет, в котором указан вуз, в котором сын учится; водительские права, которые можно было проверить по базе данных тоже моментально. И еще в наличии были все документы на машину.

Таким образом, оснований полагать, что лицо скроется, не было. Соответственно, и оснований задерживать у милиционеров не было.

Возражения милиционеров о том, что им надо было взять у него немедленно объяснения, являются несостоятельными. Так как объяснения должен брать следователь/дознаватель, ведущий дело. Вызывать его среди ночи никто и не собирался (потому что свое право на отдых милиция уважает).

Наш УПК четко говорит: задержание - это исключительная мера. И должна она применяться в исключительных случаях. Вот какая правоохранительная/государственная/судебная/прокурорская инстанция довела бы эту максиму до сознания милиционеров?

Заслушав всех, судья вынесла решение: на основании ч. 2 ст. 1070, ст. 1069 ГК РФ, на основании ст. 194-199 ГПК РФ, взыскать с Министерства финансов РФ за счет казны РФ в пользу Андронова Алексея Викторовича денежную компенсацию морального вреда в сумме 50000 рублей, а также расходы на представителя в сумме 15000 рублей. Городской суд решение оставил в силе.

Итого - по 10000 руб. за каждый час незаслуженного сидения в отделе милиции. Как сказал мой сосед: "За такие деньги я у них готов сутки через трое посидеть".


Послесловие

Деньги за все художества в результате заплатят из бюджета, который наша семья регулярно пополняет налогами. Я предлагала представителям Казначейства взыскать эти суммы в порядке регресса с виновников торжества, причем готова была оплатить работу юриста по написанию соответствующей претензии. Увы, мое предложение энтузиазма не вызвало и представитель Казначейства им не воспользовался.

Сумма возмещения, надеюсь, еще возрастет, потому что смею полагать, что оснований для пересмотра дела в части признания факта нанесения тяжкого вреда здоровью по вине милиционеров есть. Признала же сей факт судья того же Смольнинского суда Л. Л. Виноградова, указав в решении: "Как следует из обстоятельств дела и подтверждается представленными доказательствами, ... виновными действиями сотрудников Выборгского и Центрального РУВД были причинены глубокие нравственные страдания истцу в виде чувства страха за свою безопасность и жизнь, усиленные переживаниями за жизнь матери, угроза которой также возникла по вине сотрудников милиции".

Разница в двух исках ведь только в том, что по иску сына за ущерб моему здоровью платить не надо.

Для обращения в Европейский суд по правам человека есть и другие основания. Деньги-то мне присудили, а вот получить полностью я их уже 9 месяцев не могу. Потому что Смольнинский суд решение для Казначейства мне выдал в негодном виде - к 21 странице самого решения пришил последнюю страницу от другого частного определения. Подпись поставил и печать. Казначейство сие безобразие не устроило, пока шла с ним переписка, пока суд соизволил правильное решение изготовить... Если учесть, что годовая ставка рефинансирования ЦБ РФ составляет уже 12 %, то к моменту получения денег могу требовать еще несколько тысяч. Ну и еще там разных задокументированных грехов при исполнении судебных обязанностей набралось. Так что, надеюсь написать и четвертую часть сего сериала.

На отстаивание своей позиции в отечественном суде я потратила много сил, времени и средств. Наверно, достучаться до сознания виновных милиционеров можно было бы и напрямую, словами разъяснив им их конкретную неправоту. Не спорю - было бы доходчивей и уж точно быстрее.

Однако когда я лежала в Мариинской больнице под капельницами, и помогали мне такие же бедолаги (медперсонала на всех не хватает), одна из женщин мне в сердцах сказала: "Хоть бы вы им так не спустили. Пусть они ответят по закону. Видно же, что вы не простая. А за наших детей и заступиться некому". Я им пообещала, что не отступлю. И на своей шкуре и за свой счет разработала технологию, т. е. разыскала и использовала законные способы сбора доказательств и перечень нормативных актов, на которые теперь можно ссылаться. Я надеялась, что судьям будет легче не кривить совестью, если есть все законные основания принять правосудное решение. Частично мне удалось, а про остальное могу ответить как та лошадь из анекдота: "Ну не смогла". Но опыт есть! И спасибо вам всем, мои читатели, за ваши письма с поддержкой.



Рубрики || Работа || Услуги || Поиск || Архив || Дни рождения
О "КИ" || График выхода || Карта сайта || Подписка

Рассылка анонсов газеты по электронной почте

Главная страница

Сайт газеты "Компьютер-Информ" является зарегистрированным электронным СМИ.
Свидетельство Эл 77-4461 от 2 апреля 2001 г.
Перепечатка материалов без письменного согласия редакции запрещена.
При использовании материалов газеты в Интернет гиперссылка обязательна.

Телефон редакции (812) 718-6666, 718-6555.
Адрес: 196084, СПб, ул.Заставская, д.23, БЦ "Авиатор", 3-й этаж, офис 307
e-mail: editor@ci.ru
Для пресс-релизов и новостей news@ci.ru